Вот вам ключевая идея, ради которой всё затевалось. Между импульсом и действием есть промежуток — крошечный, иногда меньше секунды. Назовём его зазором. Захотелось нахамить начальнику — зазор. Рука потянулась к третьему пирожному — зазор. Палец завис над кнопкой «купить» — зазор.
Так вот, свобода живёт не где-то за пределами природы, в облаках чистого духа. Она живёт здесь, в этой микроскопической паузе. И вся фишка в том, что паузу можно растягивать.
Именно в зазоре умещается всё, что мы гордо зовём человеческим: сомнение, второй взгляд, голос совести, прикидка последствий. Схлопни его в ноль — и от тебя останется рефлекторная дуга на ножках, реагирующая на раздражители ровно как амёба, только с ипотекой.
И тут мы упираемся носом в неудобную правду. Если зазор — это орган, а не дар, то его можно как накачать, так и довести до дистрофии. А кое-кто, между прочим, на этой дистрофии неплохо зарабатывает.